Налоговый кодекс РФ

Решение Верховного суда: Решение N ВАС-5244/12 от 18.10.2012 Высший арбитражный суд, первая инстанция

5_381012

ВЫСШИЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

№ ВАС-5244/12

Москва 18 октября 2012 года

Резолютивная часть решения оглашена 11 октября 2012 года

Полный текст решения изготовлен 18 октября 2012 года

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в составе председательствующего судьи Г.Г.Поповой, судей Е.М.Моисеевой Г.Д.Пауля при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Н.Н.Мартиной, рассмотрел в судебном заседании дело по заявлениям общественной организации охотников и рыболовов «Сидатун» Красноармейского района (далее – организация «Сидатун») и общества с ограниченной ответственностью «Красноармейский райзаготохотпром» (далее – общество), уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и заявлению общественной организации охотников и рыболовов «Восточный берег» (далее – организация «Восточный берег») к Правительству Российской Федерации (далее – Правительство) о

Официальный сайт Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации: http://www.arbitr.ru/

(информация о движении дела, справочные материалы и др признании Постановления от 30.06.2010 № 490 «О ставках платы за единицу площади охотничьего угодья при заключении охотхозяйственных соглашений без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений» (далее – постановление Правительства оспариваемый нормативный акт) в части, устанавливающей единую ставку для всей территории Приморского края в размере 10 рублей за 1 га охотничьего угодья не соответствующим части 1, абзацу 2 части 2 статьи 1, статьям 128, 129, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 3, пункту 1 статьи 4, статьям 5, 6, 8, пункту 1 статьи 34.2, статьям 40, 333.7, 333.33 (пункт 96) Налогового Кодекса Российской Федерации, статьям 68, 70 Земельного кодекса, статье 92 Лесного кодекса Российской Федерации, статье 12, части 2 статьи 33, статье 36, 52 Федерального закона от 24.04.1995 № 52-ФЗ «О животном мире», подпункту 15 статьи 1, статье 2, части 1 статьи 7, статье 14, части 2 статьи 27 Федерального закона от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов», статье 7 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости статье 8 Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», статье 42 Бюджетного кодекса Российской Федерации, Федеральному закону от 30.04.1992 № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации», Федеральному закону от 07.05.2001 № 49-ФЗ «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации», Земельному кодексу Российской Федерации, Указу Президента Российской Федерации от 16.12.1993 № 2162 «Об усилении государственного контроля за использованием и охраной земель при проведении земельной реформы Указу Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2287 «О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской Федерации» и не действующим в части, устанавливающей ставку для территории Приморского края.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены субъект Российской Федерации – Приморский край в лице администрации Приморского края (далее – администрация) и Министерство финансов Российской Федерации (далее – министерство).

Организация «Восточный берег» вступила в дело на основании статьи 50 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, и заявила о признании постановления Правительства в части, устанавливающей единую ставку для всей территории Приморского края в размере 10 руб.за 1 га охотничьего угодья не соответствующим пункту 1 статьи 1 и статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьям 3, пункту 1 статьи 4, 6, 8, пункту 1 статьи 34.2 Налогового Кодекса Российской Федерации, Федеральному закону от 30.04.1992 № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации», Федеральному закону от 07.05.2001 № 49-ФЗ «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации», Земельному кодексу Российской Федерации, Указу Президента Российской Федерации от 16.12.1993 № 2162 «Об усилении государственного контроля за использованием и охраной земель при проведении земельной реформы Указу Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2287 «О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской Федерации» и недействующим в указанной части.

В судебном заседании приняли участие представители:

от заявителей – организации «Сидатун» и общества – Тетеркин Г.П. (доверенность от 10.05.2012, паспорт);

от заявителя, организации «Сидатун», – Арамилева Т.С. (паспорт доверенность от 20.07.2012);

от Правительства – Иванов С.В. по поручению от 26.04.2012 № ИС-ПД-2402, паспорт, доверенность от 16.05.2012 № 01-08-35/7413;

от третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, организации «Восточный берег», – не явился, извещен надлежащим образом по правилам статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации;

от третьего лица, администрации, – не явился, извещен надлежащим образом по правилам статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации;

от третьего лица, министерства, – не явился, извещен надлежащим образом по правилам статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявил о рассмотрении дела в отсутствие его представителя.

Руководствуясь частями 2 и 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело без участия представителей организации «Восточный берег», министерства и администрации.

В заявлениях, дополнениях к ним и в судебном заседании организация «Сидатун» и общество изложили доводы о том, что охотничьи угодья, в отношении которых ими заключены охотхозяйственные соглашения расположены в границах Красноармейского муниципального района приравненного к районам Крайнего Севера, климат и ландшафтные условия которого аналогичны с условиями Хабаровского края, поэтому полагают, что ставка платы, установленная оспариваемым актом для северных территорий Приморского края, в 10 раз превышающая ставку предусмотренную этим же актом для смежных районов Хабаровского края является экономически необоснованной, нарушает права заявителей возлагает на них обязанность по уплате обязательного сбора в завышенном размере.

Также заявители полагают, что приведенный в пояснительной записке к оспариваемому акту порядок определения размера платы за заключение охотхозяйственного соглашения не соответствует требованиям статей 12, 52 Федерального закона от 24.04.1995 № 52-ФЗ «О животном мире» (далее – Федеральный закон №52-ФЗ), главе 25.1 и подпункту 96 статьи 333.33 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс) по следующим основаниям. В обоснование установленной оспариваемым актом платы Правительство ссылается на реализацию принципа платности пользования животным миром и указал, что спорный платеж за заключение охотхозяйственного соглашения по своей правовой природе является платой за приобретение права пользования имуществом находящимся в государственной собственности. Между тем, статьей 12 Федерального закона №52-ФЗ право пользования животным миром отделено от права пользования землей и другими природными ресурсами а частью 1 статьи 52 этого закона и главой 25.1 Налогового кодекса установлен сбор за пользование объектами животного мира, который подлежит уплате организациями и физическим лицами, получившими в установленном порядке разрешение на добычу охотничьих ресурсов по ставкам, установленным пунктом 1 статьи 333.3 Налогового кодекса, а за выдачу разрешения на добычу охотничьих ресурсов подпунктом 96 пункта 1 статьи 333.33 Налогового кодекса установлена государственная пошлина.

Кроме того, квалификация Правительством ставки платы за единицу площади охотничьего угодья как платы за пользование федеральным имуществом противоречит статье 42 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – Бюджетный кодекс), статьям 128, 129 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс подпункту 15 статьи 1, части 1 статьи 7, части 2 статьи 27 Федерального закона от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №209-ФЗ), части 2 статьи 33 Федерального закона №52-ФЗ, поскольку при заключении охотхозяйственного соглашения имущество в возмездное пользование не передается.

Оспариваемый акт противоречит абзацу 2 части 2 статьи 1 и статье 421 Гражданского кодекса по следующим основаниям. Данные нормы запрещают государственное регулирование экономической деятельности без соблюдения принципа недопустимости произвольного не основанного на законе, ограничения гражданских прав. Таким образом размер ставки платы должен быть установлен Федеральным законом №209-ФЗ, а не постановлением Правительства.

В силу пункта 2 статьи 8 Налогового кодекса установленные оспариваемым актом ставки имеют налоговую природу, поскольку являются взносом, уплата которого является обязательной и введена за заключение охотхозяйственного соглашения и получение определенных этим соглашением прав, в том числе права на добычу охотничьих ресурсов. Правительством при установлении ставки платы в оспариваемом акте не учтена фактическая способность плательщика к уплате данного сбора и созданы дискриминационные условия для охотпользователей Приморского края по сравнению с охотпользователями Хабаровского края что противоречит статье 3 Налогового кодекса.

Устанавливая ставку платы за единицу площади охотничьего угодья при заключении охотхозяйственного соглашения без проведения аукциона ответчик нарушил правила статей 3, 5 Налогового кодекса, согласно которым налоги и сборы должны иметь экономическое обоснование и не могут быть произвольными. Ни на кого не может быть возложена обязанность уплачивать платежи, обладающие признаками налогов сборов, не предусмотренные Налоговым кодексом, либо установленные в ином порядке. Акты законодательства о налогах и сборах устанавливающие новые обязанности или иным образом ухудшающие положение плательщиков сборов, обратной силы не имеют. Поскольку заявители фактически переоформляют действующее право пользования объектами животного мира, ставка сбора должна соответствовать ставке установленной подпунктом 74 пункта 1 статьи 333.33 Налогового кодекса в размере 200 руб. за предоставление и переоформление долгосрочной лицензии за пользование объектами животного мира.

По смыслу норм статьи 71 Федерального закона №209-ФЗ платеж за заключение охотхозяйственного соглашения представляет собой компенсацию дополнительных затрат государства, произведенных в интересах плательщика, поэтому платеж не должен быть выше организационных и иных расходов, связанных с оформлением соглашения Между тем, платеж организации «Сидатун» составляет 3 610 830 руб. (площадь охотничьих угодий 361 083 га), общества – 8 234 200 руб. (площадь охотничьих угодий 823 420 га), что нельзя считать соразмерным затратам органов публичной власти на оформление соглашения.

Из норм статей 128, 129 Гражданского кодекса, Федерального закона №209-ФЗ следует, что охотничьи угодья представляют собой особый объект гражданских прав, на который не распространяются нормы гражданского права об имуществе. В связи с этим содержащийся в оспариваемом постановлении платеж, рассчитанный исходя из экономической ценности охотничьих угодий, противоречит положениям статей 128, 129 Гражданского кодекса.

Федеральный закон №209-ФЗ не содержит порядка определения площади охотничьих угодий. Поскольку охотугодья не прошли государственный кадастровый учет, использование в расчете ставок платы показателя площади угодий противоречит статьям 68, 70 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – Земельный кодекс), статье 92 Лесного кодекса Российской Федерации (далее – Лесной кодекс) и статье 7 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости».

Расчет ставок платы, содержащий коэффициент соответствия между рыночной стоимостью охотничьего ресурса и ставкой сбора установленной Налоговым кодексом, является необоснованным, поскольку рыночная стоимость охотничьего ресурса определялась ФГБУ «Центрохотконтроль» путем сбора и анализа информации от охотничьих хозяйств, из средств массовой информации, сети «Интернет». Между тем в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» в случае вовлечения в сделку объектов оценки, принадлежащих полностью или частично Российской Федерации, рыночная стоимость объектов оценки осуществляется независимыми оценщиками.

Организация «Восточный берег», вступившая в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, просит признать оспариваемое постановление в части, устанавливающей единую ставку для всей территории Приморского края в размере 10 руб. за 1 га охотничьего угодья (пункт 28), не соответствующим пункту 1 статьи 1 и статье 421 Гражданского кодекса, статьям 3, 6, 8 Налогового кодекса, статье 8 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности» по основаниям, аналогичным приведенным заявителями.

Организация «Восточный берег» также полагает, что вводимая данным постановлением плата за единицу площади охотничьего угодья при заключении охотхозяйственного соглашения по своей правовой природе является налоговым сбором и должна регулироваться налоговым законодательством. Полномочиями по изданию нормативных актов по вопросам налогов и сборов наделено Министерство финансов Российской Федерации, которому в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 09.03.2004 № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» переданы функции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам по принятию нормативных актов в сфере налогов и сборов и ведению разъяснительной работы по законодательству о налогах и сборах, что предусмотрено пунктом 1 статьи 4 и пунктом 1 статьи 34.2 Налогового кодекса, поэтому полагает что Правительство не обладает полномочиями на издание оспариваемого акта, который не соответствует приведенным нормам права.

При установлении размера ставок платы, по мнению организации «Восточный берег», не учтены интересы малочисленных народов Севера Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, гарантированные Федеральным законом от 30.04.1992 № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации», Федеральным законом от 07.05.2001 № 49-ФЗ «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации», Земельным кодексом, Указом Президента Российской Федерации от 16.12.1993 № 2162 «Об усилении государственного контроля за использованием и охраной земель при проведении земельной реформы», Указом Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2287 «О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской Федерации». При этом указывает, что земельные угодья районов Крайнего Севера, к которым приравнены северные районы Приморского края, по своей экономической и социальной значимости относятся к территории традиционного природопользования, где осуществляется многоотраслевая хозяйственная деятельность коренного населения, базирующаяся на многообразии местных биологических ресурсов. Основными земельными угодьями территорий традиционного природопользования являются угодья, пригодные для традиционных промыслов: охотугодья, рыбопромысловые водоемы, угодья сбора дикоросов. Ценность земельных угодий территорий традиционного природопользования определяется совокупным расчетным годовым валовым доходом от всех отраслей традиционной хозяйственной деятельности. Основной единицей классификации охотничьих угодий является тип угодий, который характеризуется как территория, имеющая сходные кормовые и защитно-гнездовые условия для обитания охотничье промысловых видов животных с близкими показателями по плотности их обитания на единицу площади (1000 га), а также одинаковые условия ведения промысла. Качество типов охотугодий количественно проявляется в их биологической и хозяйственной продуктивности. Однако при установлении размера ставки платы для территории Приморского края не учтен такой фактор, как типы угодий.

Кроме того, заявитель полностью поддержал основания требований организации «Сидатун» и общества.

Правительство требования заявителей не признало по основаниям изложенным в отзыве и дополнениям к нему, считает оспариваемые положения постановления законными и не нарушающими права и законные интересы заявителей.

Заинтересованное лицо указало, что оспариваемый акт принят им во исполнение части 6 статьи 71 Федерального закона № 209-ФЗ, ставки платы за единицу площади охотничьего угодья установлены для каждого субъекта Российской Федерации исходя из сложившейся годовой продуктивности единицы площади охотничьих угодий соответствующего субъекта. Поскольку Налоговый кодекс не устанавливает такого налога или сбора как плата за заключение охотхозяйственного соглашения, то в силу пункта 1 статьи 2 Налогового кодекса, положения этого кодекса к оспариваемому акту применению не подлежат.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – администрация, поддержала требования заявителей, считает установленную оспариваемым постановлением ставку платы за единицу площади охотничьего угодья в размере 10 руб. для Приморского края чрезмерной.

По мнению администрации Правительством нарушена процедура принятия оспариваемого акта, поскольку предложения администрации об установлении ставки платы не более 1 руб. не были рассмотрены в обязательном порядке, установленном Регламентом Правительства Российской Федерации, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2004 №260.

Администрация указала также, что в расчете ставок платы за единицу охотничьих угодий необоснованно использованы показатели рыночной стоимости и лимитов добычи охотничьих ресурсов за один сезон 2009- 2010 годов, поскольку лимит добычи охотничьих ресурсов ежегодно изменяется.

Информация о стоимости охотничьих ресурсов в охотничьих хозяйствах, расположенных на территории Приморского края, в 2009 году не собиралась, а значит, средняя рыночная стоимость по краю не определялась; неверно при установлении ставок распространять среднероссийскую стоимость объектов животного мира на территорию Приморского края.

Кроме того, администрация указала на необоснованность расчета ставки с учетом видов животных, не обитающих на территории Приморского края и без учета нагрузки на охотничьи угодья крупных хищников, занесенных в Красную книгу Российской Федерации (амурский тигр и дальневосточный леопард), требующей значительных финансовых затрат охотпользователей.

При установлении ставок не были учтены интересы коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока проживающих на территории Приморского края.

Нормативные правовые акты, имеющие большую юридическую силу которым, по мнению администрации, не соответствует оспариваемый акт ею не приведены.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – министерство, заявленные требования отклонило по основаниям, приведенным в письменных возражениях на заявления. Оспариваемый акт, по его мнению, принят на основании и во исполнение статьи 71 Федерального закона №209-ФЗ. Считает, что не усматривается противоречия оспариваемого акта перечисленным заявителями нормативным правовым актам.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства и заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации считает, что заявления не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 192 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействующим нормативного правового акта, принятого государственным органом органом местного самоуправления, иным органом, должностным лицом если полагают, что оспариваемый нормативный правовой акт или отдельные его положения не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности или создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 194 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании нормативных правовых актов арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельного положения устанавливает соответствие его федеральному конституционному закону федеральному закону или иному нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, а также полномочия органа или лица принявшего оспариваемый нормативный правовой акт.

Частями 1 и 2 статьи 71 Федерального закона от 24.07.2009 № 209-ФЗ, вступившего в силу с 01.04.2010, за исключением части 4 статьи 20, частей 2-13 статьи 21, пунктов 2, 3 и 5 статьи 62, пунктов 4 и 5 статьи 65, вступивших в силу с 01.07.2011, установлено, что право долгосрочного пользования животным миром, возникшее у юридических лиц, индивидуальных предпринимателей на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу данного закона, сохраняется до истечения срока действия указанных лицензий, которые продлению не подлежат.

Юридические лица, индивидуальные предприниматели, у которых право долгосрочного пользования животным миром возникло на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу Федерального закона № 209-ФЗ, вправе заключить охотхозяйственные соглашения в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений (часть 3 статьи 71 данного закона).

На основании ранее выданных лицензий организация «Восточный берег», организация «Сидатун» и общество заключили соответственно 24.10.2010, 04.10.2011, 30.01.2012 охотхозяйственные соглашения сроком действия 20 лет.

Согласно части 5 статьи 71 Федерального закона № 209-ФЗ юридические лица, индивидуальные предприниматели, указанные в части 3 указанной статьи, при заключении охотхозяйственных соглашений обязаны единовременно внести плату за заключение таких соглашений (за исключением случаев, предусмотренных частью 7 данной статьи определяемую как произведение ставки платы за единицу площади охотничьего угодья, установленной в соответствии с частью 6 этой же статьи, и площади соответствующего охотничьего угодья.

Требование части 5 данной статьи о единовременном внесении платы за заключение охотхозяйственных соглашений не распространяется на юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, заключивших договоры аренды лесных участков для ведения охотничьего хозяйства по результатам аукциона по продаже права на заключение договоров аренды лесных участков в соответствии с Лесным кодексом (часть 7 статьи 71).

Заявителями не были заключены договоры аренды лесных участков по результатам аукциона, поэтому они относятся к субъектам, которым предоставлено право на заключение охотхозяйственных соглашений без проведения аукциона.

В целях статьи 71 ставки платы за единицу площади охотничьего угодья при заключении охотхозяйственных соглашений в случаях предусмотренных частью 3, устанавливаются Правительством (часть 6 статьи 71).

Пунктом 28 оспариваемого постановления для Приморского края установлена ставка платы в размере 10 руб. за 1 га охотничьего угодья.

Из пояснительной записки к проекту оспариваемого постановления отзыва и пояснений ответчика в судебном заседании следует, что ставки платы за единицу площади охотничьего угодья установлены исходя из сложившейся годовой продуктивности единицы площади охотничьих угодий субъектов Российской Федерации, под которой понимается ежегодный объем продукции, получаемый от использования охотничьих ресурсов, обитающих на данной территории. Годовая продуктивность охотничьих угодий субъектов Российской Федерации определена по формуле: P = (Li ∙ Ci ∙ k) / S, где P – годовая продуктивность одного га округленная до целого числа, но не менее 1 (руб.); Li – лимит добычи охотничьего ресурса в регионе, утвержденный органами государственной власти субъектов Российской Федерации и согласованный Министерством сельского хозяйства Российской Федерации на сезон охоты 2009-2010 (особи); Ci – ставка сбора за одну особь охотничьего животного соответствующего вида согласно статье 333.3 Налогового кодекса (руб.); k – коэффициент соответствия между рыночной стоимостью охотничьего ресурса и ставкой сбора, k= 27; S – площадь охотничьих угодий субъекта Российской Федерации (га).

Расчеты, проведенные по указанной формуле при подготовке проекта оспариваемого акта, показали, что продуктивность охотничьих угодий в Приморском и Хабаровском краях, предложенная в качестве ставки платы за единицу площади охотничьего угодья, составляет в Приморском крае 14 руб., в Хабаровском крае 4 руб. за 1 га охотничьих угодий.

Для установления ставок платы субъекты Российской Федерации разделены на две группы: восточную и западную. В восточную группу вошли, в том числе, Приморский край и Хабаровский край. В восточной группе субъекты Российской Федерации разделены на три подгруппы со сходной продуктивностью охотничьих угодий: 1) в субъектах Российской Федерации с продуктивностью до 5 руб. на 1 га в год устанавливается ставка платы 1 руб.; 2) в субъектах Российской Федерации с продуктивностью от 5 до 10 руб. на 1 га в год устанавливается ставка платы 5 руб.; 3) в субъектах Российской Федерации с продуктивностью более 10 руб. на 1 га в год устанавливается ставка платы 10 руб.

Исходя из того, что годовая продуктивность охотничьих угодий Приморского края составила 14 руб. на 1 га в год, ставка платы была установлена в размере 10 руб. за 1 га охотничьих угодий; в Хабаровском крае годовая продуктивность составила 4 руб. на 1 га в год, в связи с чем ставка платы была установлена в размере 1 руб. за 1 га охотничьих угодий.

Проект оспариваемого постановления был согласован с Министерством регионального развития Российской Федерации (письмо от 27.05.2010, т.2, л.д. 116), Министерством юстиции Российской Федерации (письмо от 22.05.2010, т.2, л.д. 121), Министерством экономического развития Российской Федерации (письмо от 24.05.2010, т.2, л.д. 124), Министерством финансов Российской Федерации (письмо от 28.05.2010, т.2, л.д. 129), Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации (письмо от 17.06.2010, т.2, л.д. 139).

Из норм статьи 71 Федерального закона №209-ФЗ (часть 5) следует что законодатель установил единовременную плату за заключение охотхозяйственного соглашения и порядок определения этой платы – как произведение ставки платы за единицу площади охотничьего угодья и площади соответствующего охотничьего угодья.

Кроме того, частями 3, 5 и 7 статьи 71 Федерального закона №209-ФЗ установлены субъекты платежа – те юридические лица и индивидуальные предприниматели, у которых право долгосрочного пользования животным миром возникло на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу Федерального закона № 209-ФЗ, и которые решили реализовать право на заключение охотхозяйственных соглашений в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на заключение охотхозяйственного соглашения.

Частью 6 статьи 71 Федерального закона № 209-ФЗ полномочие устанавливать порядок определения ставки платы за единицу площади охотничьего угодья при заключении охотхозяйственных соглашений, в случаях заключения соглашения без проведения аукциона, возложено на Правительство.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона № 209-ФЗ правовое регулирование в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов осуществляется данным Федеральным законом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принимаемыми в соответствии с ними законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.

Следовательно, данной нормой предусмотрено регулирование отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, в том числе, нормативными актами Правительства.

Законодатель закрепил в федеральном законе порядок исчисления этого платежа, установил субъектов платежа и делегировал Правительству установить ставку платежа за единицу площади охотничьего угодья.

При таких обстоятельствах делегирование законодателем Правительству полномочий по установлению ставок платежа установленного федеральным законом, не может быть квалифицировано в качестве произвольного, не основанного на законе, ограничения гражданских прав. Поэтому оснований считать оспариваемое постановление не соответствующим абзацу 2 части 2 статьи 1 и статье 421 Гражданского кодекса не имеется.

Довод администрации о нарушении процедуры принятия оспариваемого акта отклоняется судом в связи со следующим.

Из материалов дела следует, и администрация в отзыве подтвердила что в ее адрес 09.06.2010 был направлен проект оспариваемого постановления в соответствии с пунктом 56 Регламента Правительства Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2004 №260. По результатам рассмотрения проекта администрация направила письмо с отрицательным заключением по установлению ставки платы для Приморского края в размере 14 руб. и предложением установить ставку в размере не более 1 руб.

Из пунктов 57-61 приведенного Регламента следует, что обязательное согласование проектов актов Правительства с органами государственной власти субъектов Российской Федерации не предусмотрено, поэтому правило пункта 56 об обязательном рассмотрении предложений органов государственной власти субъектов по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации не является этапом процедуры обязательного согласования.

Таким образом, оспариваемое постановление принято уполномоченным органом на основании и во исполнение действовавшего на момент его принятия федерального закона и опубликовано в установленном порядке в «Собрании законодательства Российской Федерации» 05.07.2010 и «Российской газете» 07.07.2010.

Суд не может согласиться с доводом заявителей, что единовременный платеж за заключение охотхозяйственного соглашения по своей правовой природе является сбором налогового характера, подлежащим уплате в федеральный бюджет, поэтому установление такого платежа в размере 10 руб. за один гектар охотничьих угодий на территории Приморского края противоречит перечисленным ими нормам Налогового кодекса.

В силу пункта 5 статьи 3 Налогового кодекса ни на кого не может быть возложена обязанность уплачивать налоги и сборы, а также иные взносы и платежи, обладающие установленными настоящим Кодексом признаками налогов или сборов, не предусмотренные настоящим Кодексом либо установленные в ином порядке, чем это определено настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Налогового кодекса под налогом понимается обязательный, индивидуально безвозмездный платеж взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения принадлежащих им на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления денежных средств в целях финансового обеспечения деятельности государства и (или) муниципальных образований.

Пунктом 2 статьи 8 данного Кодекса понятие сбора определено как обязательный взнос, взимаемый с организаций и физических лиц, уплата которого является одним из условий совершения в отношении плательщиков сборов государственными органами, органами местного самоуправления, иными уполномоченными органами и должностными лицами юридически значимых действий, включая предоставление определенных прав или выдачу разрешений (лицензий).

В силу статьи 12 Налогового кодекса налоги и сборы обязательны для уплаты на всей территории Российской Федерации (федеральные налоги и сборы), на территории субъекта Российской Федерации (региональные соответствующих муниципальных образований (местные).

В перечне налогов и сборов, установленных статьями 13-15 Налогового кодекса, платеж за заключение охотхозяйственного соглашения отсутствует.

В силу части 2 статьи 27 Федерального закона №209-ФЗ по охотхозяйственному соглашению одна сторона (юридическое лицо или индивидуальный предприниматель) обязуется обеспечить проведение мероприятий по сохранению охотничьих ресурсов и среды их обитания и создание охотничьей инфраструктуры, а другая сторона (орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации) обязуется предоставить в аренду на срок, равный сроку действия охотхозяйственного соглашения, указанные в части 2 статьи 25 данного Федерального закона земельные участки и лесные участки и право на добычу охотничьих ресурсов в границах охотничьих угодий.

Из статьи 25 Федерального закона №209-ФЗ следует, что орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации по охотхозяйственному соглашению обязан предоставить в аренду расположенные в границах охотничьих угодий, не предоставленные физическим лицам, юридическим лицам и находящиеся в государственной собственности земельные участки и лесные участки юридическим лицам индивидуальным предпринимателям, заключившим охотхозяйственные соглашения для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства в целях размещения объектов охотничьей инфраструктуры и (или) в целях, не связанных с их размещением.

В частях 3-5 статьи 27 данного закона закреплены стороны соглашения, его условия, права и обязанности сторон, сроки действия ответственность, основания прекращения и иные условия.

Таким образом, охотхозяйственное соглашение является гражданскоправовым договором. Единовременная плата за заключение этого договора со сроком действия от 20 до 49 лет не отвечает признаку индивидуальной безвозмездности, поскольку, заключив такое соглашение юридические лица и индивидуальные предприниматели получают возможность заключить договоры аренды земельных и лесных участков, а также получают право на добычу охотничьих ресурсов в границах охотничьих угодий для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства в целях размещения объектов охотничьей инфраструктуры и (или) в целях, не связанных с их размещением, а также в силу части 1 статьи 31 этого закона выдают разрешения на добычу охотничьих ресурсов.

В Федеральном законе № 209-ФЗ не установлены сроки внесения платежа и отсутствуют нормы, предусматривающие, что платеж является обязательным условием для заключения соглашения, что подтверждается фактами заключения соглашений с заявителями без внесения платежа.

Данный платеж является добровольным волеизъявлением. Заключение охотхозяйственного соглашения с обязательством единовременно внести плату за его заключение является правом юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, которым они могут воспользоваться до истечения срока действия долгосрочных лицензий. После истечения срока действия лицензий субъекты платежа вправе отказаться от заключения соглашения, и в этом случае могут участвовать в торгах на право его заключения на общих основаниях.

Учитывая, что в статье 71 законодатель прямо указал назначение платежа – за заключение соглашения, являющегося гражданско-правовым договором, и предусмотрел, что платеж установлен за единицу площади охотничьего угодья, в границах которого контрагент по договору вправе осуществлять предпринимательскую и иную экономическую деятельность в сфере охотничьего хозяйства, у суда не имеется правовых оснований квалифицировать данный платеж в качестве компенсации затрат государства, которые не должны быть выше организационных и иных расходов, связанных с оформлением соглашения, как это изложено в требованиях заявителя.

По этим же основаниям суд считает необоснованными довод заявителей о том, что данный платеж должен быть установлен в размере 200 рублей и соответствовать ставке, предусмотренной подпунктом 74 пункта 1 статьи 333.33 Налогового кодекса, за предоставление и переоформление лицензий за пользование объектами животного мира, а также довод об отнесении этого платежа к обязательному взносу, уплата которого является одним из условий совершения государственными органами юридически значимых действий.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что платеж за заключение охотхозяйственного соглашения не соответствует признакам налога или сбора, установленным пунктами 1 и 2 статьи 8 Налогового кодекса, поэтому не находит оснований для признания оспариваемого акта не соответствующим перечисленным заявителями нормам Налогового кодекса, а также Указу Президента Российской Федерации от 09.03.2004 № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти».

Суд признает также необоснованным довод о том, что при установлении размера ставок платы не учтены интересы малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации проживающих на территории Приморского края и осуществляющим там традиционную хозяйственную деятельность.

Согласно части 3 статьи 7 Земельного кодекса в местах традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Российской Федерации и этнических общностей в случаях предусмотренных федеральными законами, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации нормативными правовыми актами органов местного самоуправления может быть установлен особый правовой режим использования категорий земель, перечисленных в части 1 статьи 7 Земельного кодекса.

В силу части 5 статьи 97 Земельного кодекса в местах традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Российской Федерации и этнических общностей в случаях предусмотренных федеральными законами о коренных малочисленных народах, могут образовываться территории традиционного природопользования коренных малочисленных народов. Порядок природопользования на указанных территориях устанавливается федеральными законами, их границы определяются Правительством Частью 1 статьи 95 Земельного кодекса данные территории отнесены к землям особо охраняемых природных территорий.

Федеральный закон от 07.05.2001 № 49-ФЗ «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации устанавливает правовые основы образования, охраны и использования территорий традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации для ведения ими на этих территориях традиционного природопользования и традиционного образа жизни.

В силу статей 5 и 8 данного закона территории традиционного природопользования относятся к особо охраняемым природным территориям федерального, регионального и местного значения, размеры которых определяются с учетом поддержания достаточных для обеспечения возобновляемости и сохранения биологического разнообразия популяций растений и животных, а также возможности осуществления лицами, относящимися к малочисленным народам, различных видов традиционного природопользования.

В соответствии с частью 2 статьи 19 Федерального закона №209-ФЗ охота в целях обеспечения ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности осуществляется лицами, относящимися к коренным малочисленным народам Севера Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, и их общинами свободно (без каких-либо разрешений) в объеме добычи охотничьих ресурсов, необходимом для удовлетворения личного потребления.

Пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 30.04.1992 № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации малочисленные народы, объединения малочисленных народов в целях защиты их исконной среды обитания, традиционных образа жизни хозяйствования и промыслов имеют право безвозмездно пользоваться в местах традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности малочисленных народов землями различных категорий необходимыми для осуществления их традиционного хозяйствования и занятия традиционными промыслами.

Таким образом, приведенными нормативными актами установлены гарантии для сохранения и развития традиционных образа жизни хозяйствования и промыслов коренных малочисленных народов Севера Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации.

При таких обстоятельствах коренные малочисленные народы при осуществлении добычи охотничьих ресурсов в объеме, необходимом для личного потребления, вправе осуществлять охоту свободно и безвозмездно, поэтому оспариваемый акт не нарушает гарантии прав коренных малочисленных народов, проживающих на территории Приморского края.

Довод заявителя о том, что расчет годовой продуктивности охотничьих угодий должен был базироваться на типах угодий, не обоснован ссылками на нормы права, устанавливающие обязательность такого расчета, и относится к экономической обоснованности произведенных Правительством расчетов при установлении ставки платы.

Между тем, приведенные федеральные законы, а также Земельный кодекс, на соответствие которым проверяется оспариваемый акт, не требуют проверки экономической обоснованности оспариваемого акта либо устанавливаемой им ставки платежа за заключение охотхозяйственного соглашения. Указанный принцип не приведен также и в перечне принципов правового регулирования в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, установленных в статье 2 Федерального закона №209-ФЗ.

В связи с изложенным доводы об экономической необоснованности ставки платы, установленной для Приморского края оспариваемым актом а также формулы ее расчета и составляющих этой формулы не могут служить основанием для признания его не соответствующим нормативным актам, на соответствие которым проверяется оспариваемое постановление

Заявители полагают, что рыночная стоимость охотничьих ресурсов учитываемая в формуле расчета, подлежала определению независимым оценщиком в обязательном порядке в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», поскольку в сделку вовлечен объект оценки принадлежащий Российской Федерации.

Между тем, данный довод по существу сводится к доводу об экономической обоснованности расчетов, поэтому также отклоняется арбитражным судом.

Кроме того, плата за заключение охотхозяйственного соглашения не тождественна плате за охотничьи ресурсы, не являющиеся предметом данного соглашения.

С учетом изложенного выше суд также отклоняет отдельные доводы заявителей, изложенные ими в письменных заявлениях и дополнениях к ним, а также указанные в отзыве доводы администрации, поскольку они фактически сводятся к вопросу об экономической целесообразности произведенных Правительством расчетов и необходимости учитывать при расчете ставки иные критерии, которые могли бы снизить размер платы за заключение охотхозяйственного соглашения.

Судом проверен довод заявителя о несоответствии оспариваемого постановления Указу Президента Российской Федерации от 16.12.1993 № 2162 «Об усилении государственного контроля за использованием и охраной земель при проведении земельной реформы», Указу Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2287 «О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской Федерации». Суд не усматривает несоответствия оспариваемого акта приведенным Указам Президента Российской Федерации.

Доводы заявителей о том, что статьями 12 и 52 Федерального закона №52-ФЗ право пользования животным миром отделено от права пользования землей и другими природными ресурсами, и за пользование объектами животного мира установлен сбор главой 25.1 Налогового кодекса, так же как и за выдачу разрешения на добычу охотничьих ресурсов пунктом 1 статьи 333.33 Налогового кодекса, не является основанием для вывода о несоответствии перечисленным нормам права оспариваемого постановления, установившего ставки иного установленного Федеральным законом №209-ФЗ, платежа – за заключение охотхозяйственного соглашения.

Довод заявителей о том, что на основании охотхозяйственого соглашения стороне по договору не передается в возмездное пользование федеральное имущество также не может служить основанием для признания постановления, установившего ставки платежа за заключение соглашения во исполнение федерального закона, статье 42 Бюджетного кодекса, статьям 128, 129 Гражданского кодекса, подпункту 15 статьи 1, части 1 статьи 7, части 2 статьи 27 Федерального закона № 209-ФЗ, части 2 статьи 33 Федерального закона №52-ФЗ.

Довод заявителей о несоответствии оспариваемого акта статьям 68, 70 Земельного кодекса, статье 92 Лесного кодекса и статье 7 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» является необоснованным и подлежит отклонению по следующим основаниям.

Из пункта 15 статьи 1 Федерального закона №209-ФЗ следует, что охотничьи угодья – это территории, в границах которых допускается осуществление видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства.

В силу статей 25, 26 данного закона в границах охотничьих угодий могут находиться земельные участки и участки лесного фонда, переданные в аренду в соответствии с земельным законодательством и лесным законодательством, а также земельные участки, принадлежащие на праве собственности физическим и юридическим лицам. Участки лесного фонда и земельные участки, не переданные в аренду, могут быть предоставлены в аренду лицам, заключившим охотхозяйственные соглашения для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства.

При этом статьей 92 Лесного кодекса предусмотрено проведение государственного кадастрового учета участков лесного фонда, а статьей 70 Земельного кодекса – проведение кадастрового учета земельных участков в соответствии с Федеральным законом от 24.07.2007 №221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости».

Федеральный закон №209-ФЗ не содержит норм о проведении государственного кадастрового учета охотничьих угодий. В Федеральном законе от 24.07.2007 №221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» также не предусмотрено проведение кадастрового учета охотничьих угодий.

В силу части 3 статьи 71 Федерального закона №209-ФЗ охотхозяйственные соглашения заключаются в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий.

Из материалов дела следует, что с организацией «Сидатун» были заключены договоры о предоставлении в пользование территории акватории, необходимой для осуществления пользования животным миром от 22.01.2007 №69 и от 16.08.2007 №19 общей площадью 361 083 га, с обществом – договоры от 07.08.2009 №13 и от 08.08.2007 №17 общей площадью 823 420 га.

В отношении этих же площадей охотничьих угодий с заявителями заключены охотхозяйственные соглашения.

Использованные в расчете ставок платы показатели площади охотничьих угодий получены при подготовке проекта оспариваемого постановления в порядке, установленном пунктом 1 статьи 17 Федерального закона от 29.12.2006 №264-ФЗ «О развитии сельского хозяйства», пунктом 11 Положения о системе государственного информационного обеспечения в сфере сельского хозяйства утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 07.03.2008 №157, пунктом 2 Регламента представления информации в систему государственного информационного обеспечения в сфере сельского хозяйства, утвержденного приказом Министерства сельского хозяйства от 02.04.2008 №189.

На основании изложенного арбитражный суд не находит правовых оснований для вывода о несоответствии постановления в оспариваемой части приведенным заявителями нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и не усматривает нарушения этим актом прав и охраняемых законом интересов заявителей.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы заявителей и третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, по уплате госпошлины в связи с отказом в удовлетворении заявленных требований возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 194-195 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации

решил:

в удовлетворении требований общественной организации охотников и рыболовов «Сидатун» Красноармейского района, общества с ограниченной ответственностью «Красноармейский райзаготохотпром» и общественной организации охотников и рыболовов «Восточный берег» о признании Постановления от 30.06.2010 № 490 «О ставках платы за единицу площади охотничьего угодья при заключении охотхозяйственных соглашений без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений» в части пункта 28, устанавливающего единую ставку для всей территории Приморского края в размере 10 рублей за 1 га охотничьего угодья не соответствующим части 1, абзацу 2 части 2 статьи 1, статьям 128, 129, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 3, пункту 1 статьи 4, статьям 5, 6, 8, пункту 1 статьи 34.2, статьям 40, 333.7, 333.33 (пункт 96) Налогового Кодекса Российской Федерации, статьям 68, 70 Земельного кодекса, статье 92 Лесного кодекса Российской Федерации, статье 12, части 2 статьи 33, статье 36, 52 Федерального закона от 24.04.1995 № 52-ФЗ «О животном мире», подпункту 15 статьи 1, статье 2, части 1 статьи 7, статье 14, части 2 статьи 27 Федерального закона от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов», статье 7 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости статье 8 Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», статье 42 Бюджетного кодекса Российской Федерации, Федеральному закону от 30.04.1992 № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации», Федеральному закону от 07.05.2001 № 49-ФЗ «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации», Земельному кодексу Российской Федерации, Указу Президента Российской Федерации от 16.12.1993 № 2162 «Об усилении государственного контроля за использованием и охраной земель при проведении земельной реформы Указу Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2287 «О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской Федерации» и не действующим в части, устанавливающей ставку для территории Приморского края отказать.

Решение вступает в законную силу немедленно после его принятия.

Решение может быть оспорено в порядке надзора в срок установленный статьей 292 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Г.Г.Попова

Судья Е.М.Моисеева

Судья Г.Д.Пауль

Комментарии ()

    Судебная практика по статье 12 НК РФ